August 4th, 2013

Английский паровой каток (COAL1)

Метафора «русского парового катка» всегда была в центре европейской геополитики.
Казаки и неутомимые миллионы упорных, терпеливых русских мужиков, готовых умереть за свою родину, создавали стереотип русской армии. Её численность вызывала ужас в Европе: 1 423 000 кадровых военных в мирное время, при ещё 3 115 000 мобилизованных солдат, составляли вместе с 2 000 000 территориальных войск и рекрутов громадную силу в 6 500 000 человек.
Кавалерийская лавина казаков производила такое сильное впечатление на европейские умы, что многие газетные художники рисовали её с подробнейшими деталями, находясь за тысячу километров от линии русского фронта — будь то война с Наполеоном, русско-турецкое противостояние или горнило Первой Мировой.

301

Русская армия представлялась французам и англичанам гигантской массой, пребывающей в летаргическом сне. Однако, пробуждённая приказом и пришедшая в движение, она неудержимо должна была покатится вперёд, волна за волной, невзирая на потери, заполняя ряды павших всё новыми и новыми силами.
Усилия, предпринятые Россией после войны с Японией, для устранения некомпетентности и коррупции в армии привели, как думали, к некоторому улучшению положения. «Каждый французский политик находился под огромным впечатлением от растущей силы России, её огромных ресурсов, потенциальной мощи и богатства», — писал сэр Эдуард Грей в апреле 1914 года в Париже, где он вёл переговоры по вопросу заключения морского соглашения с русскими.
«Русские ресурсы настолько велики», — сказал он как-то президенту Пуанкаре, — «что в конечном итоге Германия будет истощена даже и без какой-либо нашей помощи России».

Однако реальность Первой Мировой оказалась разительно отличной от довоенных представлений об европейском конфликте. План немецкого блицкрига, созданный гениальным Шлиффеном, провалился, французский «план-17», призванный искупить позор франко-прусской войны и обеспечить быстрое взятие Страсбурга, умер не родившись, английский экспедиционный корпус попал в мясорубку Пограничного сражения, а русская армия не смогла реализовать своё глобальное численное превосходство.

Первая Мировая война неожиданно оказалась не манёвренным конфликтом, а тупой, изматывающей войной на истощение.
И такой же неожиданностью стало, что это была первая «война моторов».
Впрочем, при должной проницательности, об этом можно было догадаться гораздо раньше первых залпов августовских пушек 1914 года...

Collapse )

promo crustgroup september 5, 2012 16:48 88
Buy for 100 tokens
Начиная цикл статей о ядерной энергии я постараюсь описать несколько моментов, которые часто проговариваются вскольз, либо вообще не упоминаются при разговоре о "ядерной альтернативе" ископаемым минеральным топливам. Стартанём собычных цифр и картинок, которые иногда гораздо более…

В гонке за лидером (COAL2)

Во время моих личных встреч в городах России мне задавали в тех или иных вариантах один и тот же вопрос: «Что, неужели все рехнулись-то?»
«Как это сильные мира сего не видят всего того, о чём нам рассказываете вы?»

Поэтому, согласно многочисленным просьбам телезрителей и радиослушателей, отвечаю на сей простой вопрос. Нет, не рехнулись. Нет, знают.
Но часто мало что могут существенно поменять в возглавляемом ими процессе.
Ведь объяснить шир/нар/массам своё бездействие в ожидании Большого Северного Песца© иногда бывает гораздо проще, нежели оправдать своё покушение на Сложившийся Мировой Порядок™.
То есть, переводя с политического на русский — старый инженерный подход  «не мешай механизму работать, сломается он и сам» вполне себе действует и в рамках сложных политических, экономических и социальных систем.
И, ЧСХ, доминирование сего подхода тем более всеобъемлюще, чем на более высокой ступени текущей социальной/политической/экономической или мировой пирамиды находится наш искомый субъект анализа.
Исключения из данного простого правила есть, но на то они, конечно, и исключения, чтобы лишь непрямо подтверждать основное железное правило.
«Нас и тут хорошо кормят без этого вашего Таити».

Ну а речь у нас, всё-таки пойдёт о мире угля и о многих интересных фактах родом из этого мира.
Ведь если реалии «пика мастодонтов» задокументированы нами всё-таки больше косвенно, то вопрос прохождения миром пика угля известен во всех и в мельчайших деталях.

А поговорим мы для начала о тёмных и о грязных улицах европейских городов в середине XIX века.

401
Это Париж. Без Эйфелевой башни и без нормальной канализации. В Париже темно и сыро.

Collapse )