January 22nd, 2014

Партия Зимы, Партия Вечного Лета (HIST12)

Зачем я пишу о столь древних моментах, как «тёмные века», последовавшие вслед за Катастрофой бронзы или «тёмные века» после крушения Рима? Почему я копаюсь в старых манускриптах, зданиях, картах и артефактах? Что они должны дать мне — и моим читателям?

Всё объяснимо.
Я рассматриваю историю не как мёртвое знание, а как руководство к действиям в будущем. В будущем, которое неизбежно наступит, в каких бы богов мы верили, не верили и на каком бы языке мы не разговаривали.

Более того, даже вопросы хронологии меня занимают, как бы это ни казалось многим, гораздо меньше, нежели вопрос того, сколько людей жило в древнем Константинополе — и сколько из них ходило в храмы — а сколько на скачки на ипподром.
На котором их и убили во время восстания «Ника», которое и было поворотным пунктом для начала крушения Восточной Римской империи.
Потому что потом, вплоть до постройки уже османской мечети Сулеймана, Вечный город не построит ничего, даже мало-мальски подобного со Святой Софией.
И вся дальнейшая история Византии уже будет лишь слабой тенью тех первых 200 лет Второго Рима, втиснувшихся в период от Константина до Юстиниана.

Если правы Носовский-Фоменко и Уве Топпер — то тогда у нас просто-таки взрывная история, которая уложится в каких-то 2000 лет от первых пирамид Гизы.
И нам надо успевать за её бегом. Иначе нас сомнут куда более удачливые соседи.

Если же права традиционная история — то лишь за последние три с половиной тысячи лет мир уже дважды (в 1200 г до н.э. и в 500 г н.э.) раcпадался буквально на атомы, из которых каждый раз его собирали чуть ли не по пятьсот лет.

Возможно, если права традиционная история, мы уже через 50 лет можем смотреть с благоговением на Останкинскую башню и думать: «Блин, как же предки-то сделали это!». И думать, что это не телевышка, а минарет какого-то древнего и очень могущественного бога.

Точно так же, как архитекторы Юстиниана смотрели на римский Пантеон, не имея возможности его повторить.

Вы не верите в это и считаете, что «прогресс» (это такое римское слово, обозначает «движение вперёд») идёт только в одну сторону — вперёд и вверх?

12

Вот вам пример реального прогресса. Который и вверх, и вбок, и даже — вниз.
И никаким «духовным возрождением» такого непотребства не оправдать. Это — вещи непересекающиеся в принципе.

Моя версия, которую я постараюсь объяснить в этой статье на примерах тёмных веков Рима, такова: в элите всегда есть партия «продолжения банкета любой ценой» (партия «Вечного лета») и партия «подготовки к тёмному времени» (партия «Зима — близко»).
И именно борьба этих двух партий и различное понимание ими идеи прогресса и определяет траекторию развития общества.
Если первые сорят деньгами и ресурсами, живут в «вечном сегодня» и исповедуют максиму «У кого нет миллиарда — то пусть идут в жопу», то вторым будущее скорее представляется цепью взаимоувязанных событий, в которых  сани таки надо готовить именно этим «вечным», но столь краткосрочным летом.

Забегая вперёд, скажу сразу — учение Христа, очень прогрессивное и правильное на начало нашей эры, по моему мнению, подхватила именно эта партия «Зимы». Которая близко.
Но подхватила уже слишком поздно, когда римское лето уже зажелтело всем спектром красок осени и начало опадать листьями первых ноябрьских заморозков.

Поскольку, судя по материальным находкам в Пергаме и в Эфесе (и ещё в десятке мест Малой Азии, Египта и Италии) — это была партия, которая сохранила в своей традиции сюжеты о прошлых тёмных веках. Которые закончили «золотой век вечного лета» классической бронзы.

Ведь в Египте были отнюдь не глупые жрецы. Гораздо опытнее и гораздо дальновиднее этих греческих и римских выскочек...

Но начнём мы, как и всегда, немного издалека. С древних и малоизвестных богов.

Collapse )
promo crustgroup september 5, 2012 16:48 88
Buy for 100 tokens
Начиная цикл статей о ядерной энергии я постараюсь описать несколько моментов, которые часто проговариваются вскольз, либо вообще не упоминаются при разговоре о "ядерной альтернативе" ископаемым минеральным топливам. Стартанём собычных цифр и картинок, которые иногда гораздо более…

Мятеж не может кончится удачей...

Не хочу писать о политической ситуации в стране. Страна агонизирует в шизофренической попытке совместить несовместимые между собой параметры.

Периферийный капитализм — и общество социальной ответственности.
Декларируемую национальную уникальность — и полное отсутствие таковой по факту.
Европейские принципы равноправного ведения гражданского диалога — и украинские принципы «свой, по свое, до свого».
Желание жить на широкую ногу и ездить на дорогих авто — и жуткую дыру в своём торговом балансе.
Ненависть к северному успешному соседу — и полное небрежение к построению мало-мальски приличного общества у себя дома.
Желание видеть вокруг себя обустроенную жизнь — и полное нежелание платить налоги на создание оной.
Крики о соборности — и пренебрежение интересами доброй трети населения Украины.

Страну лихорадит в отложенной революции, которую ей стоило бы пройти ещё в 1991 году.
Как поступила тогда, в далёком уже сейчас 1991 году Россия. И закрепила свой выбор в 1993-м.

Без победившей революции невозможна контрреволюция. Путин — дитя 1993 года. Кровь от крови и плоть от плоти штурма Белого дома. Настоящий контрреволюционер.
А кто сегодня контрреволюционер на Украине? Нет у нас здесь таких, все тут «хлопци с гарячим сердцем та малим розумом».

И, без разницы, кто сейчас сидит в Мариинском дворце, а кто — стоит на Майдане. Ума нет ни у тех, ни у других. Одни завели страну в тупик, а вторые им в этом активнейшим образом помогали.

А что на Грушевского? А на Грушевского у нас — революция. Если победит. Или же — мятеж. Если проиграет.

protesters-petrol-bombs
police-throw-petrol-bomb-ukraine

И, в принципе, нет разницы — победит ли толпа — или же победит «Беркут».
Толпа разобрала брусчатку и швыряет её в оцепление? Оцепление будет огрызаться травматическим оружием.
Толпа бросает в милицию коктейли Молотова? «Беркут» начнёт кидать их в ответ.

На Грушевского сегодня я вижу мятеж. Настоящий русский бунт, бессмысленный и беспощадный. Традиции которого на Украине столь же впечатляющи, как и у нашего, самого близкого нам, северного соседа.



До настоящей контрреволюции ему ещё расти и расти.
Расти в тиши кабинетов, а не в уличной потасовке, в которой нет по определению победивших. А есть лишь проигравшие.
Поэтому — нет смысла обсуждать, победит ли «Беркут» — или победит мятеж.

Надо обсуждать контрреволюцию.
Которая придет потом, когда надо будет наконец-то понять, что шизофрения — это болезнь.

А не нормальное состояние для 45-миллионной страны на протяжении вот уже 23 лет.