crustgroup (crustgroup) wrote,
crustgroup
crustgroup

Category:

Первое — это всегда жидкое (RUS8)

              — Изя, ты уже ел жидкое?

              — Знаєш як москалі називають наш борщ?
              — Як?
              — Пє-єрвое
              — Повбивав би...
                        Из народных эпосов Евразии.

Всегда полезно возвращаться к давным-давно разобраным темам и заново рассматривать их на ином уровне понимания и с более свежими данными, рассказывающими о неумолимом процессе мирового развития. Что-то меняется, а что-то остаётся неизменным. Что-то изменить нельзя, а что-то поменять — наша прямая обязанность и никем не оспариваемое право.

Мировая игра в карты — это ведь не подкидной дурак, в котором козырная масть задаётся один раз в начальной раздаче и действует вплоть до конца игры.
Мировое развитие — это, скорее, преферанс, в котором начальный расклад карт — это лишь повод каждому из игроков задуматься, что же он может "выжать" из попавшихся ему в руку начальных карт "настоящего", поглядывая алчным взглядом на неизвестный прикуп "будущего", который может разительно поменять исходные расклады.

Ну, или если у Вас нет опыта азартных карточных игр — подумайте о том, как интересно варить борщ. Вначале у Вас есть неупорядоченный набор не очень вкусных и разрозненных продуктов, а в конце, на выходе процесса, у Вас вдруг получается произведение искусства:

 borsh msk

Это — первое. А первое, как мы помним, должно быть жидким.
Даже если на входе процесса у нас неаппетитные сырая картошка, свекла, морковь, лук и говяжьи мослы.


Собственно говоря, те, кто внимательно читал предыдущие записи в блоге, уже чётко осознают, почему человечество любит жидкое топливо. Причин тому много — его и проще утилизировать в различных оконечных устройствах, его проще добывать и очень легко транспортировать.

В общем, куда не плюнь нефтью или любым другим "жидким" (например, газоконденсатом) — там сразу же вырастают зелёные побеги эффективной экономики и соцветия личностного и общественного роста.
Хочешь получить стабильный рост — экономику надо кормить жидким. Нет жидкого — начинаются проблемы с микрофлорой кишечника с экономическим ростом и социальной ситуацией.

При этом любой переход с жидкого топлива на газообразное, а тем паче — твёрдое топливо часто вызывает у экономики полное несварение желудка, так как часто этот переход оказывается болезненным и затратным — а тут уже речь не об инвестициях, тут экономике элементарно жоать нечего.

Исторические же примеры перехода с жидкого топлива на суррогаты с одной стороны, показывают принципиальную возможность такого процесса, но с другой стороны — демонстрируют всю сложность и затратность такого процесса.

Пожалуй, в мировой истории есть только два масштабных исторических проекта перехода от качественного жидкого топлива на его суррогаты — это гитлеровская Германия и времена апартеида в ЮАР. Только они могут дать нам некую пищу для размышлений о том, что будет в будущем "прикупе" у мира, столь присевшего на жидкое топливо.

Во-первых, стоит сказать, что в данном процессе никто никого не неволит. При желании отказаться от жидкого топлива это можно сделать хоть сейчас. Вот реальный пример:

information_items_1673
Захотел Пакистан уйти от использования жидкого топлива на транспорте — и вот Вам результат — почти три миллиона автомобилей там уже ездят на природном газе. И как ездят! Просто-таки "хохлома на колёсах".
А что? Захочешь жить — и не так раскорячишься. Уже 61% транспорта на газе, Пакистан всё понимает правильно.

А вот 200 000 украинских автомобилей на природном газе пока не лезут ни в какие ворота. Имея по всей стране сеть ещё советских заправок АГНКС, в последнее время значительно усиленную частными продавцами сжатого метана, до сих пор зависеть на 97% от жидкого топлива на транспорте — это недопустимая роскошь. Поскольку потом переход на иные варианты снабжения транспорта топливом может быть не просто сложным, но ещё и неожиданно болезненным. Дадим слово историкам:

"В Дании в 1940 году имелось около 100 газогенераторных автомобилей. Немецкая оккупация Дании в апреле 1940 года оставила население страны без нефтепродуктов. В течении 48 часов были раскуплены продовольственные запасы, соответсвующие обычной двухмесячной норме. Тем, кто не успел запастись продовольствием, угрожала голодная смерть, так как из-за отсутствия бензина невозможно было организовать подвоз продовольствия из пригородных зон.

В течении последующих 6 месяцев Дания повысила парк газогенераторных автомобилей до 6 тысяч штук. В результате удалось избежать голода среди населения — были восстановлены транспортные перевозки между фермами и городами. Дания, не обладая достаточными запасами топливной биомассы, до войны не развивала газогенераторные технологии. Однако во время немецкой оккупации в стране были разбаботаны газогенераторы, работающие на морских водорослях, брикетах из опилок и различных видах торфа. Эти твёрдые виды топлива обеспечивали транспортные средства сельского хозяйства и промышленности Дании вплоть до 1945 года."

В общем, опять-таки: "Захочешь жить — и не так раскорячишься". Нет жидкого топлива — поневоле перейдёшь даже на морские водоросли в качестве топлива, чтобы не сдохнуть с голода.

Однако, как мы видим на приведенной выше диаграмме, общее количество транспортных средств на природном газе в десятке стран-лидеров  пока не превышает даже 12 млн. штук.
Для сравнения — общее количество автомобилей в мире оценивается цифрой в 1 миллиард штук. Нетрудно посчитать, что количество транспортных средств на самой значительной альтернативе жидкому топливу — природном газе, пока не превышает 1,2% от их общего "поголовья". Говорить о замене жидкого топлива твёрдым (газогенераторные автомобили, автомобили на топливных элементах на угле) или рассуждать о полном уходе автотранспорта на электротягу (настоящие, чисто электрические автомобили) — вообще не приходится.
Эти альтернативы пока находятся не то, что на стадии эмбриона — по факту это сейчас лишь оплодотворённая яйцеклетка инженерной мысли, из которой, возможно, в дальнейшем и вырастет что-то путное.

Поэтому во всём мире потребители по-прежнему не хотят "париться" с природным газом и с электромобилями, предпочитая старое, доброе "первое, жидкое" — бензин и дизельное топливо.

Кроме того, в последнее время, немецкая и, в целом, европейская общественность, вкусив по полной прелести "возобновляемой энергетики" задумалась, что иногда легче жевать, чем говорить сделать из электроэнергии водород, а потом превратить его в "тоталитарный метан" и закачать в трубопроводы, нежели пытаться увязать своенравные ветеряки и фотоэлементы в рамки нежной системы электрогенерации страны, которая и без этих экспериментов на ладан дышит.

В общем, придумали такую весёлую схему, если что:

SF_Illu_Englisch_2_02_resize

Ветряки и фотоэлементы качают энергию в электролизёры, те производят водород, из водорода делают метан, метан качают в газовые магистрали, из магистралей запитывают электрогенерацию на газе, газовые турбины комбинированного цикла выдают электричество в сеть. В общем, если кто смотрел немецкое порно, оценит полёт фантазии. И всё — ради идеи отказа от российского газа и классического секса в миссионерской позиции.

И вот здесь на мировую арену всё весомее выходят технологии с унифицированной приставкой -TL (-to liquids, -в жидкое). Принципиально таких технологий три: "CTL: Уголь-в-жидкое", "BTL: Биоомасса-в-жидкое" и "GTL: Газ-в-жидкое".

Эти технологии перекладывают вопрос работы с неудобными для потребителя газообразным и твёрдым топливом, с его хрупких индивидуальных плеч на мощный торс индустриальной производящей экономики. Собственно говоря, именно на использовании технологии CTL и были построены альтернативные пути развития производства транспортного топлива в гитлеровской Германии и ЮАР времён режима апартеида, о чём уже было расписано в этой статье.

Однако, в последнее время, на фоне постоянного роста цен жидкого топлива и открытий сверхгиганских залежей природного газа (таки как Северный, Южный Парс, Штокман), в мире усилился интерес к третьей технологии семейства -TL — технологии GTL ("газ-в-жидкое").

Природный газ (метан, CH4) на деле гораздо удобнее угля или биомассы в задаче получения синтетической нефти. По факту и уголь, и биомассу в реакторах процесса Фишера-Тропша, который сейчас наиболее часто используется для всех технологий "в жидкое" сначала превращают в водород и угарный газ, а потом из этих компонентов "собирают" синтетическую нефть на катализаторах. Вот тут наглядненько: водород белый, углерод чёрный, кислород красный, а катализатор — зелёный:



Метан гораздо проще превратить в смесь угарного газа и водорода — не надо заботиться о всяких вредных примесях, навроде серы или соединений металлов, которые содержатся в угле и неслабо мешают процессу синтеза, выводя из строя достаточно дорогие катализаторы.

Поэтому, собственно говоря, это техническое извращение, о котором я хочу рассказать вам далее в плане его применимости на российских просторах, просто таки детский лепет и игры в песочнице на фоне газогенераторов, баллонов с природным газом для грузового транспорта и немецкой хитрой задумки с водородом и метаном, которой вроде бы и не "российский", но такой же CH4.

Доведенной технологией GTL в настоящее время владеет компания американская компания Shell и наш старый знакомый из эпохи апартеида — южноафриканская компания Sasol.
Обе из них уже отметились в Катаре, построив там заводы по переводу метана месторождения Северный в синтетическую нефть.
У "Шелла" завод в Катаре побольше, у "Сасола" — чуть поменьше.
Шелловская "Жемчужина" делает 140 000 баррелей синтетической нефти в день, сасоловский "Сернобык" маслает 34 000 баррелей в день очень похожего продукта.
"Сасол" пустил свой завод в Катаре в 2007 году, "Шелл" собирается вывести "Жемчужину" на полную производительность только в текущем, 2012 году. В общем технологии новые (по крайней мере, в плане их современного прочтения) их сейчас только обкатывают и выявляют баги и фичи. Бравурные рекламные сообщения от производителей оборудования можно почитать и на русском, в целом же явно перспективная технология сейчас болтается в коротких штанишках де-факто опытного производства.
Так, например начальный бюджет стройки шелловской "Жемчужины", озвученный как 5 млрд. долларов, по факту конца строительства составил 24 миллиарда долларов. Вот такой вот "эффективный западный проектный менеджмент". Ошиблись в капитальных расходах в 5 раз. С кем не бывает.

А что же Россия?
Технология GTL тратит около 13% энергии метана на конверсию его в синтетическую нефть, которую можно продать где-то вдвое дороже природного газа. "Газпром" тратит около 12% энергии ямальского газа на прокачку его по трубопроводам.

Поэтому, неудивительно, что Россия смотрит на технологию GTL и думает.

Ведь, имея 31% от мировых запасов газа стоит тщательно подумать о том, как с прибылью для себя и с пользой для дела распорядиться ими — продать ли их по существующим трубопроводам в Европу, построить ли новый трубопровод в Китай и на АТР, создать ли на Ямале мощности по сжижению природного газа, использовать ли перспективные технологии компримирования (КПГ) или адсорбции (АПГ) природного газа — или же построить вместе с "Шелл" или с "Сасол" современный завод по технологии GTL.

Возможностей много. И все они гораздо лучше унылого немецкого водородного порно с некрасивыми актрисами и неестественным сюжетом.

Tags: Россия, Украина, будущее, инфраструктура, новая энергетика
Subscribe
promo crustgroup september 5, 2012 16:48 88
Buy for 100 tokens
Начиная цикл статей о ядерной энергии я постараюсь описать несколько моментов, которые часто проговариваются вскольз, либо вообще не упоминаются при разговоре о "ядерной альтернативе" ископаемым минеральным топливам. Стартанём собычных цифр и картинок, которые иногда гораздо более…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 19 comments